14.11.2018 г.
Дневник солдата
Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 
17.05.2012 12:38

В одном из предыдущих номеров «Приволжской правды» мы писали о ветеране, который в годы Великой Отечественной проходил обучение в 65 школе младших авиаспециалистов в Чердаклах — С. Алексанине. С далеких сороковых прошло много лет, закончилась страшная война, но память о ней живет в сердцах фронтовиков, бередя душевные раны и заставляя вновь мысленно возвращаться на поле боя.
Не забыл войну и Степан Васильевич. Свои воспоминания ветеран перенес на бумагу, предоставив потомкам уникальную возможность узнать, чем жил, о чем мечтал юный боец, в неполные 18 лет покинувший дом и вставший на защиту Родины.
Никто, кроме родных Степана Васильевича, не видел этих строк, да и сама книга хранится у ветерана в единственном экземпляре. Мы предоставляем нашим читателям возможность увидеть отрывки из этой книги.
«…Шли тревожное лето и осень 1942 года. Немцы наступали на юге нашей страны, рвались на Северный Кавказ и к Волге в районе Сталинграда. 30 декабря 42-го мне, одному из первых, пришла повестка о призыве в Армию. При отъезде я какое-то время шел за повозкой пешком, останавливался, повёртывался лицом к селу, к матери, и сердце моё колотилось тревожно перед неизвестностью. Закончился определённый период моей жизни, до 18 лет оставалось ещё 3 месяца. Впереди была страшная война.
Я в Армии. В рабочем посёлке Чердаклы располагалась 65 ОШМАС (окружная школа младших авиаспециалистов) – я её курсант – солдат. Очень тяжело. В казарме тесно, учёба в классах (бывшей школе) с утра до вечера – осваивали радиотехнику, изучали радиостанцию РСБ - бис, морзянку, пулемёты ШКАС и УБТ. Нас готовили для авиации в качестве воздушных стрелков-радистов.
Прослуживших в ОШМАСе неполные 4 месяца, нас, команду в несколько десятков человек, отправляют в Среднюю Азию в Туркмению в город Мары на Мургабе – там в то время находилась высшая школа штурманов и лётчиков, эвакуированная из города Иваново…»
«…в июне переехали на аэродром километрах в 5-ти от города. Начались ежедневные полёты на самолёте ИЛ-4 экипажем. Полёты начинались в 3-4 часа утра и заканчивались в 10-11 часов. Днём из-за жары моторы перегревались, так как полёты были по кругу – взлёт-посадка - и в зону.
…Боевые полеты стали регулярными, мы летали на территории Новгородской, Псковской областей и в Прибалтику. Время – середина апреля. Полк вылетел на боевое задание. Утром не вернулся с боевого задания экипаж заместителя командира нашей 3-й эскадрильи. Узнали мы о том, что произошло, лишь спустя две недели от выжившего стрелка-радиста, вернувшегося в полк. Когда до линии фронта оставалось еще значительное расстояние и самолет шёл своим обычным курсом, отказал первый двигатель. Решили сбросить бомбы, чтобы облегчить нагрузку. После освобождения от груза самолёт всё равно идёт на снижение. Внизу темнота - ни зги не видно. Садиться опасно – разобьёшься вдребезги. Приняли решение садиться на хорошо видимое зеркало озера. Сняли комбинезоны, унты. Освободились от груза. Но, покинув самолёт в кромешной тьме, терпящие бедствие потеряли ориентировку и поплыли в противоположную сторону к дальнему берегу озера. В ледяной воде утонул весь экипаж, кроме отличавшегося богатырским здоровьем и выносливостью стрелка-радиста…»
«…наш самолёт на максимальной скорости плывёт над верхушками деревьев – летим над лесом. Моторы шумят, душа поёт. На 8-й минуте полёта – хлопок, лязг, встряска – правый мотор остановился; через минуту останавливается второй мотор. Самолёт всей своей массой срезает верхушки деревьев; правой плоскостью задевает за ствол огромного дерева, разворачивается на 180 градусов и падает на землю. Все с невероятной быстротой покидают самолёт и разбегаются в разные стороны. Стоим, ждём, что же будет дальше – взрыв, пожар? Спустя 15 минут медленно подошли к самолёту. Что интересно – после падения все остались живы и даже сильно не ушиблись…»
«…Летом 1944 года, базируясь в Слизнево, полк нёс боевые потери. Не вернулся с боевого задания экипаж Андрианова – попал в грозу. Помню стрелка–радиста Русанова Володю – красивого, статного, весёлого парня. Много лет спустя, наверное, году в 1960 в газете «Правда» была помещена заметка, в которой рассказывалось, что в болоте обнаружен самолёт времён ВОВ, останки погибших, их документы – названы фамилии Андрианова, Русанова и других…»
«…после обеда14 октября 1944 года дан приказ на боевой вылет. Цель: столица Венгрии – Будапешт. Мощным массированным бомбовым ударом морально воздействовать и принудить Хортистскую Венгрию выйти из гитлеровской коалиции – выйти из войны. Сборы недолгие: горючее залито, бомбы подвешены, экипаж у самолёта. Подходит к нам начальник связи эскадрильи лейтенант Пучков Михаил Васильевич, говорит, что летит вместо меня. Его можно понять – Будапешт – столица, стратегическая цель. Престижно! За вылет выдавалась как бы премия – 2000 рублей. Через несколько минут Пучков переменил мнение: «Ладно, лети сам. Я не полечу».
Мы взлетаем и берем курс на Будапешт. Вот идём над Карпатами, идём к цели. Будапешт виден, как на ладони – освещен сабоми (светящимися авиабомбами). Включены прожектора – более сотни. Дунай разделяет город на Буду и Пешт. Видны множество мостов через Дунай, Королевский дворец на правом берегу, ж/д узлы. Задача экипажам: сбросить бомбы по мостам, ж/д узлам и Королевскому Дворцу. Высота полёта 6,5 тысяч метров. Маневрируя между включёнными прожекторами. Они почему–то стоят, как столбы, без движения. Вероятно, выведена из строя система управления обороной города. Мы бросаем бомбы по Дворцу, разворачиваемся и берём курс домой. Отошли от цели по времени минут 5 – вдруг встряска, блеск огня, треск и грохот. Что это? Думаем – попадание зенитного снаряда с земли. Маневр самолёта. Минуты через две сзади с хвоста самолёта с превышением над нами виден силуэт вражеского самолёта. Я не успел что-то предпринять, по нам произведён залп огня из всех имеющихся средств вооружения. Я даю несколько длинных очередей из УБТ по противнику, говорю по СПУ экипажу, что по нам сзади бьёт истребитель противника. Пилот делает резкий глубокий вираж со снижением на несколько сот метров. Мы отрываемся от истребителя – перехватчика. Сесть удалось лишь спустя 4 часа на запасном аэродроме. Вышли из самолёта, осмотрели, видим большое выходное отверстие в правой плоскости. Таким образом, первая атака была в лоб на встречных курсах – попадание в правый мотор. Повезло ещё, что самолёт не загорелся. После такого полёта, захотел бы лейтенант Пучков лететь на Будапешт?»
«В ноябре, декабре и позднее целями наших боевых действий были цели на территории Восточной Пруссии, Польши, Чехословакии. Идём над облаками к Тильзиту – он закрыт облаками. Сообщаем об этом на «землю», «земля» даёт другую цель – Нойфер. Пробиваем облака и тут же попадаем в лучи нескольких прожекторов, и весь огонь зенитной артиллерии бьёт по нам. Бросаем бомбы по цели. Мы ослеплены; вокруг нас беспрерывно рвутся снаряды и, кажется, что трассы пуль несутся на нас прямо в глаза. Я даю длинные очереди из УБТ по лучам прожекторов. Мы идём с резким снижением в сторону от цели: высота 400, 300, 200 метров. Прожектора нас теряют. Кажется, наступила тишина, хотя изо всей мощи ревут наши моторы…»
«8 мая был тёплый солнечный день, мы на КП ждали боевого задания на вылет. Но был дан отбой, и мы разошлись, спрашивая друг у друга: почему? Пришло время, и мы улеглись спать. Часа в 2-3 на рассвете в казарму вбегает зам командира полка по политчасти Яков Абрамович Вдовин с криком: «Подъём, конец войне! Победа!» Что тут было, все повставали с постелей, кричали «Ура!», обнимались, целовались. Потом включились аэродромные прожектора, начался фейерверк аэродромной зенитной артиллерии.
9 мая в 10 часов полк был построен. Командование полка официально объявило, что фашистская Германия повержена и подписала полную и безоговорочную капитуляцию, и что 9 мая Советским правительством объявлено праздником – Днём Победы».
Это лишь отрывки дневника Степана Васильевича Алексанина, лишь часть истории человека, прошедшего через эту страшную войну с непоколебимой верой в сердце, верой в замечательное, светлое будущее, поэтому и закончить мне хотелось бы заключительными словами его книги:

«Жизнь продолжается -
Да здравствует жизнь!
Да здравствует наша Земля!
Да здравствует Солнце!»

Материал взят из книги С.В.Алексанина
«О себе, о родных, о близких, о друзьях».

Мария ГОФМАН.



 

Фото дня

Приволжская правда 2018 - р.п. Чердаклы, Чердаклинский район, Ульяновская область